Степан Степанович Павлов. О футболе отдельно говорить не приходится
Мое детство и юность прошли там, где я и родился в 1956 году. Село Шевченковка, что рядом с райцентром Нововоронцовка Херсонской области.
Я был хорошо физически развит и вполне естественно любил спорт. Поэтому принимал участие во всех соревнованиях, проводимых в то время на базе общеобразовательной школы. Как внутри школы, так и в составе ее сборной команды, выезжавшей для участия в школьной Спартакиаде района.
О футболе отдельно говорить не приходится, так как он воспринимался нами как неотъемлемая часть нашего тогдашнего времяпровождения. Никто нас не учил футбольным премудростям. Сами добирались до всего, просматривая футбольные матчи по телевизору и на стадионе, где играла наша мужская команда, выступавшая на Первенство области.
Когда я учился в 5 классе, в нашу школу пришел работать преподавателем физкультуры Павел Рокитянский, в свое время поигравший в запорожском клубе «Металлург».
Вот он и занялся с нами по-настоящему.
И во многом именно благодаря его работе я смог вырасти как футболист. На меня, учившегося в 8 классе, обратило внимание руководство взрослой команды, и начало привлекать к участию в тренировках, а потом и к играм.
Вместе со мною пригласили еще двух моих друзей. Колю Коновалова и Володю Горб.
Когда вспоминаю то время, то испытываю одновременно и добрые, хорошие чувства, и грусть.
Какое прекрасное было время! Тут и беззаботное детство, и юность, и общение с добрыми, благожелательными людьми, во множестве встречавшимися мне на моем жизненном пути.
Да и сама атмосфера того времени была особой! И чтобы сегодня не наговаривали на советскую власть, я могу сказать, что она была для людей самой, что ни есть народной и хорошей!
В сфере образования, например, в небольших селах были школы – восьмилетки. По окончании такой школы, ребята, не пошедшие учиться в ПТУ, а желавшие получить полное среднее образование, перебирались в райцентр, где для них было создано что-то вроде интерната. Здесь они всю неделю учились, а на выходные разъезжались по своим селам. Об уровне полученного там образования я расскажу чуть позже.
В каждом селе было футбольное поле, пусть с естественным, неокультуренным, но неплохим газоном. Были команды, игравшие на район. Я не помню села, в котором не было своей футбольной команды. Причем все эти команды укомплектовывались простыми сельчанами, которые не получали за свою игру никаких преференций от сельского начальства. Играли они в свое удовольствие!
В школах были спортивные площадки и спортзалы. И самым главным было то, что для ребят проводилось много соревнований. Все это способствовало тому, что спортом занимались все! Если ребенок по каким-то не связанным со здоровьем причинам не принимал участия в школьных соревнованиях или в играх с участием его товарищей, то его одноклассники и товарищи начинали косо на него смотреть. Это я так мягко сказал.
Зато сегодня посмотрите, как там люди живут! Приезжал как-то к отцу, который остался жить в своем родном селе. У меня сердце кровью обливалось, когда я увидел опустевшие села, убитые школы, уничтоженное сельское хозяйство! А там ведь раньше колхозы – миллионеры были! Люди из города приезжали на работу, так как и жилье давали, и платили хорошо. А сейчас все мертво.
А о массовом спорте и говорить не приходится!
Он этому государству стал просто не нужен!
После окончания десятилетки поехал в Москву, поступать на юрфак университета имени Фрунзе.
Как это сегодня читается? Парень из села едет в Москву поступать на юрфак! А в то время ничего особенного в этом не было! Были бы знания и желание.
А я немецкий великолепно знал, и по двум видам спорта разряды! Да и остальные оценки на хорошем уровне были! Учили в школе на совесть, да и у меня желание учиться всегда было!
Вообщем поступил я. Сам поступил!
Вот только, проучившись три месяца, понял, что это не мое. Я человек веселый, жизнерадостный, а тут такая мертвечина! Нет, о нашей студенческой жизни я бы этого не сказал! Там жизненная энергия била через край!
А вот сама учеба вгоняла меня в тоску. Юристу ведь эмоции противопоказаны. Тут холодные мозги нужны! А я спортсмен - игровик! Другая психология! И я решил уйти. Мои приятели по универу были в шоке! Они такого и представить себе не могли. Парень из провинции поступил в МОСКОВСКИЙ ВУЗ, и уходит потому, что ему показалось, что «это не его»!
Родители, тоже попытались отговорить меня, но поняв мое состояние, перечить не стали.
И я вернулся домой, где показав документы из московского универа, поступил в Херсонскую мореходку. На факультет, где готовили связистов. Я хотел получить техническую специальность.
Подошло время призыва на срочную службу. В военкомате попросился в Севастополь. Друзья рассказывали про этот город и про море. Вот мне и захотелось там побывать.
А еще я попросился в морскую пехоту. Романтика, и прочее, но главная причина была в том, что на флоте служили три года, а в морпехоте два!
На службе в Казачке
Я был парнем спортивным, да рост позволял, вот мне и пошли навстречу.
Так я оказался в Севастополе. Помню, привезли нас поездом в районе пяти часов утра, и повели по брусчатке в Лазаревские казармы. Хоть и было темно по случаю раннего времени, но на город я немного взглянул. Холмы, с которых на тебя смотрят дома, и между холмами бухта со стоящими у причалов кораблями. Я таких городов никогда не видел!
Из учебки меня направили в Николаев, где я полгода учился в школе спецсвязи. И по окончании ее был направлен снова в Севастополь. В морскую пехоту, дислоцированную в Казачке.
Не буду останавливаться собственно на службе, по той причине, что речь идет не о ней, а о футболе. В свободное время мы гоняли мяч и на находившемся в части футбольном поле, и на баскетбольной площадке.
Тут меня и присмотрели, а вскоре я уже играл за сборную части, выступавшую на Первенство города под названием «Горизонт». Чуть позже из нее меня привлекли к тренировкам и играм за флотскую команду «Черноморец».
Она базировалась в ОВРе, а тренировки и игры проводила в «школе водолазов». Руководил командой Леонид Иванович Слесарев. Он был в ней и «царь и Бог»!
Запомнилось, как после очередного призыва к нему на просмотр направили где-то около восьмидесяти человек. Все они, особенно представители Кавказа, заявляли, что являются игроками команд мастеров. Да и каких команд! «Динамо» Тбилиси, «Арарат» Ереван, «Нефтчи» Баку! Правда, осталось из восьмидесяти человек всего двадцать. Да и то вместе с нами!
Что еще запомнилось? Участие в «вооруженках», товарищеские матчи с командами мастеров. Меня даже приглашали на просмотр в местную команду после окончания службы.
Из ребят, которые играли в одно время со мною, выделю Валерия Петрова. Он был в авторитете. И как футболист, и как «годок». Он ведь три года прослужил, как флотский, в отличие от меня, морпеха. Как у нас говорили – «год за компот».
Уволился, но в городе остался, так как за время службы познакомился со своей будущей супругой, жившей на Северной стороне.
Устроился на работу по специальности регулировщик ЭВМ на завод «Парус». В «закрытый» цех. Пригодилась специальность, спасибо мореходке и службе!
Также немаловажным фактором, способствовавшим моему зачислению на столь престижный объект, стало то, что заводское начальство узнало о том, что я футболист, выступавший за сборную флота. Моим бригадиром стал Леонид Михайлович Патлай. Сам прекрасный баскетболист и волейболист, он старался собрать вокруг себя таких же энтузиастов спорта.
Вот так мне в жизни пригодились полученные знания и занятия спортом.
С легкой руки Леонида Михайловича я познакомился с общественным тренером заводской команды «Парус» Лешей Ковальчуком и ее главным футбольным авторитетом Сергеем Филлиповским. И началась моя футбольная жизнь в Севастополе.
Кубок города. Победители. 1977 г. В финале обыграли «Металлист» 2:1
Верхний ряд: Леванов, Ковальчук, Филлиповский, Ломакин, ?, Плис.
Нижний ряд: Жолтышев, Шепель, Павлов, Коробейников, Дума.
«Парус» выступал в городских соревнованиях, а ряд его футболистов получали приглашение поиграть за команду совхоза имени Полины Осипенко, выступавшую на Первенство Крыма среди сельских коллективов. Этой командой руководил большой подвижник футбола Леша Давыдов.
Условий, правда в Осипенко не то, что для развития футбола, а и просто для обеспечения проведения каких-либо соревнований не было. Футбольное поле в степи у дороги, и все. Ни раздевалок, ни судейских, ни трибун.
По большому счету совхозному руководству футбол и команда были безразличны. Все держалось на безграничном энтузиазме и авторитете Леши Давыдова.
Ведь на таких как он, футбол, можно сказать, и держится!
Тут в находившуюся недалеко Андреевку пришел работать тренером по футболу Толя Демин. Причем пришел по приглашению руководства.
Это обстоятельство говорит о том, что у начальства есть здоровые амбиции и желание их реализовать. Тут уж надо только соответствовать, и тебя будут на руках носить.
Кубок Крымского ДСО Колос. Наше серебро
Поэтому Толя начал с того, что стал собирать команду, способную обеспечить достижение поставленных перед ним задач. В числе других приглашение поступило и мне.
Я не стал отказываться, так как хотелось поиграть на хорошем уровне. В том числе и бытовом. На хорошем поле, в нормальных раздевалках с санузлом и душевой.
И, конечно, мне импонировали амбиции руководства, ведь я всегда любил в спорте процесс борьбы за победу! И чем выше планка, тем интереснее сражаться, и тем приятнее победа.
На этот счет нам повезло с руководителем. Виктор Захарович Кажаев был ярким представителем ныне практически не встречающейся плеяды хозяйственников, которых волновали не только сиюминутное выполнение плана и вырученные деньги. Они работали на перспективу, и понимали, за счет чего и кого обеспечивается стабильное, и с неизменным превышением выполнение производственных заданий. Старая школа руководителей знала, что в основе всего производственного процесса находится человек. Работник, создающий благосостояние хозяйства. Вот для этого работника и необходимо было, по глубокому убеждению таких людей, как Виктор Захарович, создать все условия и на производстве, и в быту, и на отдыхе!
И одним из главных элементов в этой программе был спорт. Ведь занятия спортом делают человека здоровым и по-хорошему амбиционным.
Поэтому и создавали условия для того, чтобы сельчане и сами занимались спортом, и могли приходить на соревнования, в которых успешно выступала команда их совхоза.
В 1979 году в Андреевке был построен стадион. Один из лучших в то время в Крыму.
А сама команда была предметом заботы Виктора Захаровича. Да и его сын Сергей играл в ней в основном составе. И скажу честно, что играл не потому, что был сыном председателя, а потому, что соответствовал уровню игрока основного состава.
Вообще, тот период, когда я играл за любительские команды, я всегда вспоминаю с теплотой. Хорошее было время! И сам футбол, в который мы тогда играли, был душевнее и чище того, в котором мне довелось играть позже. Наверное, потому, что мы играли не за деньги, и поэтому цена победы не заставляла на пути к ней, прибегать к различного рода некрасивостям.
Выиграли – здорово! Проиграли – обидно, но не беда!
1979 г. Кубок ВЦСПС. Победители отборочного этапа
Дума, Филлиповский, Емельянов, Здоренко, Павлов, Ковальчук, Команин, Желтышев, Ливанов
А вот профессиональный футбол, он совсем другой. Тут в основе результат. От этого результата зависит много людей. Причем, футболисты, они в самом низу пирамиды футбольного клуба. Вроде как гладиаторы, бьющиеся для зрителей на арене. На виду, но не самые главные! Над ними есть люди. Действительно Главные люди. И они, если так можно сказать, «подписались» за результат перед очень высокими людьми, вкладывающими немалые деньги в футбол.
Цена вопроса высока, поэтому им, этим действительно Главным людям, результат нужен любой ценой.
Скажу честно, что бывали минуты в моей спортивной жизни, когда мне по-человечески было стыдно за то, как мы победили в том, или ином матче. Все из-за того, что средства, благодаря которым эта победа была достигнута, были, скажем так, не совсем спортивными. Но что поделаешь! Спорт, это ведь таже жизнь. А в ней бывает все!
В профессиональную команду, или как в то время говорили, в команду мастеров, меня звали. Главный тренер «Атлантики» Геннадий Ефимович Макаров на протяжении нескольких лет приглашал меня. Я регулярно бывал на предсезонных сборах в команде, но дальше этого дело не шло.
Причина была прозаической. Условия. Я, как говорил раньше, работал в «зарытом» цехе завода «Парус». Работа требовала высокой квалификации, плюс секретность. Поэтому оплачивалась хорошо. Я получал в месяц 300-400 рублей. По тем временам это было очень прилично! Инженер на обычном предприятии получал 150 рублей.
В команде зарплаты футболистов были на уровне 160-180 рублей, и мне предложили начальную ставку в 130 рублей. Я хотел играть в команде мастеров, и готов был начать с этой ставки, но был еще один нюанс.
У себя в цехе я был комсоргом. Это подразумевало льготную очередь на получение жилья. И значит, что в течение двух лет я вполне мог получить квартиру!
И именно вопрос о предоставлении мне в течении одного– двух сезонов квартиры, и был основным в наших переговорах с руководством команды.
Этот вопрос вполне решался на уровне профкома «Атлантики» и горкома партии, но в моем случае решить его почему-то не удавалось.
А так, я тренировался с основой, играл во всех товарищеских матчах, и забивал.
Помню, как перед игрой со смоленской «Искрой» поспорил с Шамилем Магомедовым на две бутылки шампанского, о том, что я забью. И на 9 минуте забил. Ребята радуются, а я Шамилю на пальцах цифру «два» показываю. Он руками разводит.
А я еще один забиваю. Показываю – «четыре»! Шамиль смеется. Продолжай, говорит. Мне денег не жалко на такое! А если будешь еще забивать, мы с ребятами скинемся!
После игры «выставился». Я себе одну бутылку взял, а остальные ребятам отдал.
В 1981 году главным тренером команды стал Анатолий Николаевич Заяев.
Сугак Виктор Федорович рассказал ему обо мне, и «Папа» приезжал на игры различного ранга, в которых выступали команды, за которые я играл.
Помню, качинская команда «Волна» выступала в Коктебеле на Спартакиаде Крымвинпрома. Я после игры выхожу из раздевалки и закуриваю. А мне навстречу Заяев, приехавший просматривать футболистов, участвующих в этих соревнованиях.
Увидел меня с сигаретой, и такой «разгон» дал!
Мол, ты в Высшей лиге должен играть, а ковыряешься здесь. Все потому, что ты несерьезный человек. Да еще и куришь!
И как взялся меня песочить. А потом предложил бросить курить, играть за любительские команды, и немедленно прийти в нему в команду. Потому, что только он один сможет сделать из меня футболиста!
У «Папы» был несомненный талант психолога. Он мог «уболтать» любого!
Да и я к этому времени может быть и нуждался в подобном нагоняе, и таком предложении. Ведь мне так хотелось прийти в профессиональный футбол! Тем более что пробы, и весьма успешные уже были!
«Охота пуще неволи», говорят люди. Вот я и принял решение, благодаря которому оказался в главной севастопольской команде.
Правда, вопрос о квартире я все-таки перед «Папой» поставил. Дочка к тому же у меня родилась. Ну не в домике же в Любимовке ютиться.
Николаич с пониманием отнесся к этой просьбе, и сказал, что обещает мне решить этот вопрос. И вот я уже вместе с ним направляюсь в исполком. Там высокие чиновники пообещали решить вопрос жильем в самом ближайшем времени.
1983г. Атлантика
Верхний ряд: ?, Таран, Литвинов, Стефанович, Гресс, Романенко, Борис, Павел Петров, Беглецов.
Средний ряд: Молдавский, Заяев, ?, Коптев, Павлов, Козлов, Щетинин, ?, Попов, Яхновский, Савин.
Нижний ряд: Кишкин, ?, Пархоменко, Александр Петров, Аверков, Куц, ?, Жилин.
Начал свои выступления за «Атлантику» и уже в год своего дебюта забил 17 голов. Я был счастлив. Вот только вопрос с квартирой никак не решался. Меня все эти обещания и переносы сроков стали сильно нервировать.
И тут звонок из Харькова.
В свое время мы обыграли местный «Маяк» 2:1, и оба мяча забил я. А после игры со мной связался Станислав Костюк, бывший в то время начальником команды в «Металлисте», выступавшем в Высшей лиге.
Он предложил мне просто космическую по тем временам и меркам зарплату и квартиру.
Я сказал, что не готов к разговору, и его решили отложить до конца сезона.
И вот звонок. Договорились, что я приеду в Харьков, выберу квартиру, и оформлюсь в «Металлист». Приехал, выбрал квартиру. Тут же получил ключи и подъемные.
Вернулся в Севастополь, пришел для объяснений к Заяеву. Скандал был грандиозный!
Но я был тверд. Вы обещали – не выполнили. Значит и я свободен от своих обещаний!
Взял супругу, и поехал в Харьков.
Жена прямо на вокзале, посмотрев на серые дома, сказала мне – «…куда ты меня из Севастополя привез? Я тут жить не буду!»
Я кое-как убедил ее. Основными аргументами были возможность реализовать мою мечту о выступлениях в высшей лиге, и финансовые условия, складывающиеся из зарплаты в 600 рублей, очень серьезных премиальных и доходов от «левых» игр в пригородных колхозах. Была такая практика в те годы, когда знаменитые команды за хорошие деньги играли товарищеские матчи в совхозах-миллионерах.
Но вскоре Родина перевесила, и жена уехала домой, оставив меня в одиночестве в Харькове.
И тут за дело взялся Заяев. Он сумел войти в доверие к моей жене и скоро стал кем-то вроде друга семьи. И, конечно, все его мысли были о том, что надо сделать так, чтобы Степан был рядом с семьей. И дело даже не в футболе! Просто Николаич полюбил Степана, как родного сына, и хочет ему только хорошего. Ведь он сегодня, бедный один-одинешенек в чужом, огромном городе!
В ход пошли страшные рассказы об одиночестве, вызывающем пьянство, о соблазнах большого города Харькова, в частности о свободных нравах харьковских женщин. Они там такие! Сначала в постель влезут, а потом и из семьи уведут! А ведь Степан такой доверчивый!
И в таком духе Папа продолжал вещать и по телефону, и при посещениях моей семьи.
Вообщем дело кончилось тем, что жена заявила о том, что или я возвращаюсь, или она подает на развод!
Для меня семья – святое! Поэтому я собрал вещички, написал заявление на расчет, положил на стол ключи от квартиры, и поехал домой!
Теперь грандиозный скандал поднялся в Харькове. И главный тренер харьковчан Евгений Лемешко и начальник команды Станислав Костюк не были «вчерашними» ребятами, и прекрасно понимали, кто сумел спровоцировать эту ситуацию, и именно таким образом.
Но Папа сумел-таки отбиться от них.
Я вновь продолжил свои выступления за «Атлантику». В 1984 году Заяева пригласили вернуться в родную для него «Таврию», а в 1985 году он пригласил туда меня, Валеру Чалого и Пашу Петрова. Я согласился.
За период между Харьковым и «Таврией» я забил за Севастопольскую «Атлантику» 70 голов. А всего – 134.
Поехал в Симферополь. Но тут на меня вышел Анатолий Коньков. Пригласил приехать, попробоваться в «Шахтер». Друзья, «Шахтер», это ведь ИМЯ! Я как пионер, сказал, что всегда готов!
Приехал домой, собираться, а там уже Папа сидит. Узнал откуда-то о «Шахтере»!
Показывает мой паспорт и военный билет. «Никуда ты не поедешь»!
А будешь выступать, отправим служить. В Афганистан. Не знаю, может быть это была шутка такая, но я, зная Папу, решил не дразнить гусей. Да и супруга как-то мрачно молчала. И я понял, что она не в восторге от моего переезда в Донецк. И не деньги, ни обещанная Коньковым, трехкомнатная квартира в центре Донецка для нее не аргумент.
Видать Папа и здесь крепко поработал!
Ну, что делать? Остался. А иногда вспоминаешь, и жалеешь, что не получил возможность проверить себя на том уровне!
Продолжение следует…